Учитель и ученики

Рецензия

Что знают люди, не работающие в театре, простые зрители, о Константине Сергеевиче Станиславском? «Театр начинается с вешалки», «Не верю», название «Система Станиславского»… А о Евгении Багратионовиче Вахтангове? В лучшем случае название московского театра. О Всеволоде Эмильевиче Мейерхольде и того меньше. Три великих режиссёра, определившие развитие не только русского, но мирового театра, не только на ХХ, но и на XXI век. Оказавшие огромное влияние и на кино, и на музыку, и на литературу, и на психологию. Для большинства же наших современников – величины почти неизвестные.

Специалисты подробно изучают их наследие, расшифровывают записи репетиций, искусствоведы пишут диссертации и монографии, прослеживая развитие их открытий в современном искусстве. Людям же, просто интересующимся искусством, не сделавшим его своей профессией, нужны другие источники. Книги, телепередачи, которые говорят о главном в творчестве гениальных деятелей театра. И каждый новый популярный материал такого рода интересен прежде всего потому, что их всё-таки очень мало.

Студия «Центрнаучфильм» (видеостудия «Кварт») выпустила видеокассету «Великие режиссеры театра» (Серия «Видео для образования. Мировая художественная культура. X-XI класс»). Задача перед авторами стояла непростая. Как в небольшой объем времени, в 64 минуты, уложить главное, минуя частности, как отобрать определяющее из огромного наследия невероятно интересных художников? Пожалуй, в основном создателям фильма это удалось. В трёх сюжетах о творчестве великих режиссёров, педагогов, артистов (и Станиславский, и Вахтангов, и Мейерхольд соединяли в себе эти ипостаси) удалось передать основное, отличающее их и от других деятелей театра, и друг от друга. При общей единой стилистике программы своеобразие каждого режиссёра проявлено вполне определённо.

Начинает фильм «Великие режиссеры театра» по праву фигура К.С. Станиславского. Никакие самые значительные титулы и определения не смогут передать то сущностное, что внёс он в теорию и практику мирового театра. Человек, впервые создавший науку о творчестве актёра, разработавший продуманную и очень живую (несмотря на деятельность последующих «интерпретаторов») методику воспитания артиста театра, создатель особой модели театра, прекрасный актёр и многое-многое другое – всё это Константин Сергеевич Станиславский. В рассказе о его молодых годах, достаточно подробном, пожалуй, более ясно прослеживается его актёрская биография. И уже с первых шагов – в домашнем театре, в любительских спектаклях – проявляется неукротимая страсть к познанию. В конце сюжета приводится замечательная цитата из записки самого Константина Сергеевича. Подводя итоги уже почти прожитой жизни, главной ценностью в этом мире он называет счастье познания нового. И ему самому это счастье и муки познания были свойственны всю жизнь. Предельно критическое отношение к себе и своим достижениям (довольно редкое явление в мире искусства!), умение зачеркнуть найденное и снова искать единственно верное, точное слово, понятие, метод – подобная бескомпромиссность в искусстве мало кому свойственна в мире театра!

Уникальность личности К.С. Станиславского, его театра и школы ещё и в том, что из его детища, Московского Художественного театра, по сути – театра-лаборатории, вышло множество деятелей, создавших собственные художественные направления, школы, течения в искусстве. И все они, при всей разнице в понимании задач, стилей, эстетической природы своих театров, при всей, подчас весьма яростной, творческой полемике всю жизнь своим главным Учителем называли Константина Сергеевича. Такого уникального явления мировой театр до МХАТ ещё не знал.

На 10 лет младше Станиславского Всеволод Эмильевич Мейерхольд. Начинавший прекрасным актёром в Московском Художественном театре, очень скоро он ощущает необходимость пробовать себя в режиссуре. Он покидает своих воспитателей – К.С. Станиславского и Вл.И. Немировича-Данченко и начинает искать свои пути в искусстве. О Мейерхольде невозможно говорить кратко. Его творчество разных периодов настолько меняется, настолько глубоки его мысли на разных этапах жизни, что каждые пять – семь лет это, пожалуй, другой художник. Мощный, глубокий «Маскарад» в Александринке – и через несколько лет совершенно футуристический, непохожий на всё искусство «до 17 года» спектакль «Мистерия-буфф». «Ревизор», полемизирующий с МХАТ, и завершающая, увы, слишком рано творческий путь режиссёра глубокая, проникнутая нежностью и любовью «Дама с камелиями». Каждый из спектаклей Всеволода Эмильевича достоин быть, да и был бы, если бы не социальные обстоятельства, родоначальником целого театрального течения. Авторам фильма «Великие режиссеры театра» удалось донести многое из того, что отличает Мейерхольда от других его современников, хотя ещё больше осталось за кадром. И необычайно интересное сотрудничество с ярчайшим драматургом Николаем Эрдманом, и воспитание плеяды уникальных актёров (очень не хватает в фильме голосов этих актёров – И. Ильинского, М. Бабановой, Э. Гарина). Возможно, это время в фильме занимает разговор о сложных и в итоге трагических отношениях режиссёра с властью. Но в случае с Мейерхольдом иначе, наверное, нельзя. Его острота ощущения жизни вокруг, необходимость предельно активного участия в происходящем – тоже неотъемлемые черты Мейерхольда-человека и Мейерхольда-художника.

На те же 10 лет моложе Мейерхольда другой «питомец» Станиславского, тоже пошедший собственным путём – Евгений Багратионович Вахтангов. Как и Мейерхольд, учившийся в Московском университете. Как и Мейерхольд, бросивший карьеру юриста ради Художественного театра. Как и Мейерхольд, сначала талантливо игравший в театре, потом почувствовавший в себе собственный мир, собственный вектор в развитии театра. Как и у Мейерхольда, каждый из его спектаклей – новый этап развития, новая дорога в искусстве. Только спектакли эти – очень особые, «вахтанговские». Термин «фантастический реализм» довольно точно передает своеобразие его театра. Вершина его развития – знаменитая «Принцесса Турандот». Но и «Гадибук», и «Эрик XIV» Стриндберга, и «Чудо святого Антония» - явления, во многом определившие поиски театра ХХ века. Та особая манера игры, особые взаимоотношения актёра и персонажа, «остранение» актёра от роли, о которых в фильме говорит актёр вахтанговской школы Василий Лановой, предвосхищают театральные поиски Бертольда Брехта, которого для русской сцены с выпускниками вахтанговской же школы открыл в 60-е годы Юрий Любимов. Театр, не скрывающий, что он – Театр, сохраняющий и развивающий ощущение праздника, даже в трагедии, театр Игры – это театр Вахтангова. Интересно, что только в абсолютно игровом, живом, импровизационном театре Вахтангова более 80 лет в неизменном виде идёт «Принцесса Турандот» и до сих пор пользуется любовью зрителей. Другие драматические театры так долго хранить спектакль в неизменном виде не могут. Школа подготовки актёров в Театральном училище (вузе) им. Щукина при вахтанговском театре – самая внешне консервативная, методики преподавания, учебные задания там не меняются десятилетиями, в «щуке» преподают только «свои», только выпускники этой школы – и это не приводит к застою, к омертвению. Удивительная загадка не то творческого дара Евгения Багратионовича, не то ещё каких-то уже мистических свойств театра!

Три великих режиссёра были вместе в начале их поисков, затем разошлись, и казалось, диаметрально. Но, и в этом особая символика, каждый из учеников Станиславского, пошедший своим путем, споривший своим творчеством и жизнью с «родителем», в конце жизни вновь встречается с ним. Станиславский в антракте премьеры «Принцессы Турандот» приезжает к уже смертельно больному Вахтангову, чтобы сказать слова восхищения спектаклем, так непохожим на Художественный театр. Изгнанного из театра Мейерхольда тот же Станиславский приглашает в свой оперный театр, и Мейерхольд принимает предложение Учителя. Так сходятся пути уже на ином, высшем уровне отношений Человека с Человеком, Художника с Художником, Учителя и Учеников…

Фильм «Великие режиссеры театра» насыщен интереснейшим видеорядом, в него вошли сегодня уже уникальные киносъёмки старых спектаклей Художественного театра, секунды чудом сохранившихся съёмок спектаклей Мейерхольда, фотографии, мысли актёров… Не только для любителей театра, но и для профессионалов этот фильм сможет открыть что-то новое в творчестве трёх художников театра, которые, без преувеличения, потрясли театральный мир в таком далёком и таком близком двадцатом столетии.

Александр Зубов

Не только о театре. Зубов А.Е.

Авторские разделы